Былое и думы о предстоящих выборах Президента России. Своими мыслями и чувствами с читателями делится ветеран труда Нина Анатольевна Грязева

Нина Анатольевна Грязева

Я человек, как сегодня говорят, почтенного возраста, поэтому с позиции своих лет могу о жизни говорить в сравнении. Сегодня вспоминается очень многое, ясно всплывают картины прошлой жизни. Во-первых, я дочь репрессированных родителей, которые в 30-е годы были наказаны властью за свой крестьянский труд. Неграмотными их из глубинки вятской земли увезли на Урал на целых 18 лет. Все эти годы они жили без паспортов, без права выезжать с места поселения, не имея права избирать и быть избранными. Но, даже пережив эти страшные годы гонений, наши родители не были так озлоблены и ожесточены, как сегодня люди порой попирают власть любого масштаба.В исключительно трудных условиях, при мизерной материальной помощи родителей (семья состояла из восьми человек), за счет своего ума и трудолюбия мы, как говорят, «вышли в люди».
Мое детство пришлось на военные годы. Об этом уже много написано и сказано. Оно у всех нас было одинаковым. Помню, когда пошла в школу, мама вместо тетрадей сделала блокнотики из пергаментной бумаги, в которую на нашем военном заводе снаряды заворачивали. А еще я нашла на свалке чемоданчик с застежкой, с ним и ходила в школу. Мы всегда ждали перемену, когда нам давали в кружках горячий чай с кусочком рафинада и примерно 50 г хлеба. В 1948 году после реабилитации семья вернулась на родину – на вятскую землю, но вынуждены были остановиться в Слободском. Поселились в одной комнате в 16-квартирном бараке на рабочем поселке. Всегда трудились. Летом заготавливали сено на речке Сверчихе, с учетом, что один воз себе и два колхозу. Корчевали пни деревьев между I и II рабочим поселком. Ими топили печь. Постельное белье все меховщики делали из выписанных на фабрике растюковочных мешков. С нами жили две бабушки – мамы родителей. Они водились с чужими детьми и таким образом помогали выжить нашей семье. Бабушка Мария прожила 94 года, не получая ни копейки пенсии, хотя ее сын Михаил пропал без вести на войне. Практически вся моя семейная жизнь прошла в квартире с печным отоплением на 15 кв.м. Не знаю, когда бы мы получили благоустроенную, если бы не снесли дома по ул. Заводской при расширении территории меховой фабрики. Я помню, как меховщикам по талонам шапки в ДК им. Горького давали. Сколько было радости получить такой талон на сурковую шапку за 19 руб. Замечу, что мой муж был начальником цеха и неоднократно заместителем директора у самого Н.А. Квакина. И как высокую награду в 60 лет получил за свой труд ондатровую шапку.
А как ездили за продуктами в Москву? Мясо везли в рюкзаках. Надо было выстоять несколько очередей, чтобы набрать кусочки сливочного масла, расфасованного по 250 гр. Однажды я купила в страшной давке даже 2 банки овсяного кофе. Никогда не забуду, как обои по 1 руб. 30 коп. купила в Москве, отстояв на солнцепеке несколько часов с написанным на руке номером очереди. Бывая на курсах и в командировках в столице, вечерами объезжали магазины с целью что-нибудь прикупить. Чтобы одеть сына после возращения из армии, купила недельные экскурсионные путевки в Ленинград.
Я даже в Югославии побывала. На весь обменный фонд 300 руб. купила дочке вельветовые брюки, синтетическую кофту и коробку конфет. А некоторые смогли даже фотообои купить и кроссовки. Не забыть, как через кордон милиции в магазин нас запускали по 10 человек за водкой. Давали на месяц талоны на продукты и на две бутылки спиртного на человека.
Пережили мы дефолт, когда скудные сбережения «сгорели» в одночасье. Пережили мы безденежье, когда по несколько месяцев не давали ни зарплат, ни пенсий. До конца жизни буду помнить, как 13 лет назад мужа хоронила. Умер 7 ноября, выдали пенсию в декабре за 4 месяца. «Заработал» себе на памятник.
Еще, с чувством глубокой вины перед студентами педучилища, вспоминаю их работу на уборке картофеля в трех колхозах района. Бесплатный каторжный труд студентов до глубокой осени без оплаты труда – все это называлось шефской помощью. С грустью вспоминаю первомайские и октябрьские демонстрации. Наказывали тех студентов, кто уезжал самовольно домой, не присутствуя на этих торжествах. Замерзая в болоньевых курточках и резиновых сапогах, они вынуждены были пройти перед трибунами горкома партии, а потом бегом на автостанцию, бросая флаги и портреты по пути.
О всем прожитом и пережитом можно мемуары писать. Уверена, что у людей моего поколения я воскресила в памяти аналогичные воспоминания. Возможно, что современной молодежи наши «ностальгические» чувства по прошлому не понять. Но мы, люди старшего поколения, умели и по сей день можем выходить из разных ситуаций, так как наша жизнь нас хорошо закалила. Мы способны многое прощать, мы можем посмеяться даже над собой и над своей судьбой. Пессимистов среди нас не так уж много. Мы умеем радоваться жизни, если только здоровье позволяет.
Воспоминания о прошлом на меня нахлынули в связи с приближающимися событиями 4 марта – выборами Президента страны. Сегодня всем нам живется нелегко, но я лично не хочу никаких потрясений. Нам кандидаты очень много обещают. А я не верю. Кто мешал десятилетиями быть у власти и вывести бы нас в заоблачную высоту? Не верю, что Президент и премьер желали своему народу плохой жизни. Наверное, не единолично они решали все вопросы. Где же Госдума, где Совет Федерации и т.д.? Я призываю всех слобожан придти на избирательные участки и проголосовать.
Голосовать я буду за В.В. Путина. Среди всех кандидатов я не вижу достойнее его. Мне не стыдно слушать его выступления. Во всем просматривается его внутренняя и внешняя интеллигентность, культура. Сегодня только он способен в стране и мире защитить интересы нашего государства, а значит, и мои в том числе.

Запись опубликована в рубрике №08 (118) 23 февраля 2012. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *